Микро недоношенная малышка, которая родилась на 24 недели раньше, только что отметила свой первый день рождения

Амина Майзер отметила свой первый день рождения в феврале - нормальное событие для большинства младенцев.

Но для Амины и ее семьи достижение этой годичной отметки - чудо. Тейлор Добсон, мать Амины и косметолог из Чикаго, родила дочь за четыре месяца до положенного срока. Когда она появилась на свет, Амина весила всего один фунт 10 унций и осталась жива после того, как врачи поместили ее в пластиковый пакет, имитирующий утробу ее матери.

Добсон поделился с Health история о том, как ухудшилась ее здоровая беременность, о месяцах, в течение которых ее дочь набиралась сил в отделении интенсивной терапии, и о том, каково было быть мамой очень хрупкого недоношенного ребенка.

До 18 лет. - еженедельный осмотр в кабинете врача, Добсон говорит, что ее беременность протекала нормально и здорова. Но во время этого приема ей сказали, что у нее «некомпетентная шейка матки», состояние, характеризующееся слабой тканью шейки матки. Это могло привести к открытию шейки матки и слишком раннему рождению ребенка.

Ее срочно доставили из кабинета врача в родильное отделение больницы, где врачи провели шейный серкляж - процедуру, которая зашила шейку матки прочными швами, чтобы предотвратить преждевременные роды.

«Я даже не слишком много знала о том, что это значило для беременности, так как это был мой первый раз», - вспоминает 24-летняя Добсон.

После процедуры врачи посоветовали Добсону лечь на дно, чтобы предотвратить любые другие осложнения.

«Мне пришлось соблюдать постельный режим, и я не мог выполнять большую часть работы. что угодно, - говорит Добсон. «Я должен был быть в инвалидном кресле, и мои врачи сказали, что мне действительно не следует ничего делать, кроме как просто встать и пойти в туалет». Несмотря на эти ограничения и возникшее у нее беспокойство, «Я знала, что это то, что мне нужно сделать для Амины, поэтому я сделала это», - добавляет она.

Однако через несколько недель Добсон проснулась от схваток. . он позвонил ее врачу, который велел немедленно отправиться в больницу, где схватки продолжались.

«Мне поставили капельницу с магнием на 24 часа, но она просто не работала», - вспоминает Добсон. «У меня были схватки всю ночь. Они начали с семи минут, перешли к пяти, затем двум, и я понял, что просто собираюсь забрать ее. Они не могли остановить это ».

Когда ее врачи прибыли утром,« они оба были просто шокированы », - говорит она. «Они сказали:« Мы должны вытащить ее прямо сейчас ». Она буквально протискивалась сквозь нее».

Добсону сказали, что у нее развилась неродственная инфекция, и если она этого не сделает, Немедленно сделайте экстренное кесарево сечение, у Амины тоже может возникнуть риск его развития.

«У меня было необычно высокое количество лейкоцитов, и врачи сказали мне, что у меня инфекция, которую мы не обнаружили. «Не знаю причины», - говорит Добсон. «Если бы Амина получила это, она была бы слишком маленькой, чтобы бороться с этим».

Когда врачи вытащили Амину во время кесарева сечения, она не издавала никаких звуков.

«Они сразу же забрали ее у меня и посадили на связку проводов, мониторов и трубок», - вспоминает она. Врачи поместили Амину в полиэтиленовый пакет, напоминающий морозильную камеру, который имитировал матку и согревал ее. Затем ее перевели в отделение интенсивной терапии, где поместили в инкубатор и наблюдали за ней круглосуточно.

Врачи обнаружили, что Амина родилась с открытым артериальным протоком, или ОАП, врожденным пороком сердца, который предотвратил его появление. клапанов сердца от должного закрытия. У нее также было мозговое кровотечение из-за ее преждевременных родов.

Но, несмотря на ее крошечное тело и условия, в которых она родилась, этот сильный новорожденный боролся за жизнь.

Когда я наконец увидел ее, это не было похоже на то, что я мог вообразить », - говорит Добсон. «Я имею в виду, она была такой крошечной. Она была буквально размером с мою ладонь. Когда я фотографировал ее на свой iPhone, мой iPhone был буквально больше ее ».

Через три дня Добсон, наконец, смогла вступить в контакт кожа к коже с Аминой, о чем ей сказали врачи. был решающим шагом, который помогает недоношенным заживать.

«Вначале было страшно. Они сказали мне, в основном, «не надейтесь», потому что она родилась в 24 недели », - сказал Добсон. «Был действительно высокий риск, что она не выживет или у нее будет столько разных проблем. Я даже не могу их перечислить, мне сказали, что их может быть очень много. Это было так потрясающе ».

« Я оставалась настолько позитивной, насколько могла, но я думаю, что ходить туда каждый день и быть там, несмотря ни на что, - это то, что ей больше всего помогло. Я ей нужен; Я был единственным человеком, которого она знала », - говорит Добсон. По прошествии нескольких месяцев в отделении интенсивной терапии Добсон все больше контактировала с дочерью, и она также могла кормить ее грудью.

«Мне было очень тяжело», - говорит Добсон о своем психическом здоровье во время Пребывание Амины в отделении интенсивной терапии. «Я сохранял позитивный настрой, молился каждый божий день и знал, что с ней все будет в порядке. Как будто Бог сохранил меня в психическом состоянии, потому что он знал, что я должна быть сильной ради Амины ».

«Если бы я была в стрессе или не заботилась бы о себе, мне было бы очень трудно», - говорит она о месяцах в отделении интенсивной терапии. «Ежедневно уходить из больницы было самым трудным. Иногда я просто сидел и плакал часами, потому что просто хотел быть рядом с ней. Было так неправильно просто находиться вдали от нее, но мне пришлось. Количество стойкости и силы, которые Амина показала и продолжает - это то, что заставляет меня двигаться и сохранять веру ».

После 76 дней в больнице Амина наконец вернулась домой; ее порок сердца зажил сам по себе, что не редкость с КПК. С тех пор этот маленький боец ​​процветает. Она не только сильная и здоровая, но и достигает нормальных результатов, например, разговаривает.

«Она почти ходит сейчас и может говорить такие вещи, как« мама »и« папа », - говорит Добсон. «Она такая умная и у нее самый лучший характер».

Добсон говорит, что, хотя это был бурный, нервный год, наблюдение за тем, как Амина исцеляется и превращается в здорового, счастливого ребенка, было величайшей наградой.

«С тех пор, как она вернулась домой, она просто процветала во всех отношениях», - говорит Добсон. «Это было потрясающе. Этот год пролетел так быстро, когда она лежала в больнице, казалось, вечность, но теперь, когда она дома, он просто пролетает незаметно. Она такая умная и просто чудо ».